Na rasput'e = На распутье

На распутье в диком древнем поле

Чёрный ворон на кресте сидит.

Заросла бурьяном степь на воле,

И в траве заржавел старый щит.

На распутье люди начертали

Роковую надпись: «Путь прямой

Много бед готовит, и едва ли

Ты по нём воротишься домой.

Путь направо без коня оставит —

Побредёшь один и сир и наг, —

А того, кто влево путь направит,

Встретит смерть в незнаемых полях…»

Жутко мне! Вдали стоят могилы…

В них былое дремлет вечным сном…

«Отзовися, ворон чернокрылый!

Укажи мне путь в краю глухом.

Я покинул остров Царь-девицы,

Сине море, терем и сады.

Не ищу я по свету Жар-Птицы, —

Укажи мне ключ живой воды!»

Дремлет полдень. На тропах звериных

Тлеют кости в травах. Три пути

Вижу я в желтеющих равнинах…

Но куда и как по ним идти?

Где равнина дикая граничит?

Кто, пугая чуткого коня,

В тишине из синей дали кличет

Человечьим голосом меня?

И ужели нет пути иного,

Где бы мог пройти я, не губя

Ни надежд, ни счастья, ни былого,

Ни коня, ни самого себя?

Веет поле тишиной великой!

Мертвецы в могилах древних спят.

Очарован красотою дикой,

Опускаю я покорно взгляд.

И один я в поле, и отважно

Жизнь зовёт, а смерть в глаза глядит…

Черный ворон сумрачно и важно,

Полусонный, на кресте сидит.