Speshi, moj jakhont = Спеши, мой яхонт

«Спеши, мой яхонт драгоценный,

Ко мне, ко мне! Я здесь одна;

Тревогой грудь моя полна.

Я жажду наслаждений новых,

Безумных, молодых страстей.

Я ускользнула от очей

Эмира евнухов суровых,

Чтоб убежать с тобою в даль.

Ужель тебе меня не жаль?

Я молода… не в силах доле

У старика скучать в неволе;

Возьми меня, люби меня.

Ты смел и молод — я твоя!»

И та, чей голос соловьиный

Меня так чудно призывал,

Явилась мне, и стан змеиный

К груди с весельем я прижал.

Меня отталкивали руки.

«Боюсь… ступай…» шептал язык,

«Не уходи», с улыбкой муки

Молил откинувшийся лик.

Я видел взор сердито-нежный

Сквозь сеть опущенных ресниц:

Пылал он страстию мятежной,

Как туча, полная зарниц!

Я чуял сердца трепетанье

(Так голубь бьется молодой

В когтях орла, еще живой)…

И жгло меня любви дыханье,

Как вихрь пустыни, в страшный час,

Когда, играя и кружась,

Самум с полудня налетает

И караваны заметает

Горячей пылью…

Чудный сон!

Как дым мгновенный, скрылся он.

В волнах нежданных тьмы глубокой

Призыв промчался одинокий,

Прощальный, беспомощный стон!

И страх пред местию жестокой

Внезапно душу обуял…

То было краткое мгновенье;

Но непостижное мученье

Я в то мгновенье испытал!

Темницы тесной мрак и холод,

Терзанье пытки, жажду, голод,

Неумолимый гнет оков…

Казалось мне — рои клопов

Въедались в плоть мою; землею

Я был засыпан с головою;

Я погибал!

И вдруг на миг,

Среди ужасного мечтанья,

Во мне проснулся луч сознанья;

В кофейне я услышал крик:

«Вяжи его!» — и в то ж мгновенье

Я навзничь с грохотом упал,

И кто-то руки мне связал, —

И вновь насмешки, брань и пенье…

Но скоро в вихре новых дум

Исчез земли презренный шум.